Поиск

Найдено 29 документов.


Мозговые механизмы и проблемы формирования умений и навыков. Доклад на Сессии Акад.Педаг.Наук РСФСР.

Лурия А.Р.. 1946 г, машинопись.

Доклад посвящен нейрональным основам процессов обучения. Лурия исходит из предпосылки, что умения и навыки являются сложными многокомпонентными системами, не локализованными в каком-то одном регионе мозга, а распределенными между разными частями мозговой коры. Особую роль играют здесь вторичные задние отделы больших полушарий, которые принимаю и интегрируют информацию из первичных проекционных корковых зон, а также лобные доли, которые отвечают за регуляцию целенаправленной деятельности. Чтобы понять мозговую организацию сложного навыка, нужно проанализировать те нарушения, которые следуют за поражением различных мозговых отделов и, соответственно, разных его компонентов. В настоящем докладе Лурия применяет этот метод для анализа функций письма. Отдельно разобраны нарушения, возникающие вследствие поражения затылочно-теменных, теменных, височных, премоторных отделов, а также лобных долей мозга. Также рассмотрен вопрос автоматизации навыка в процессе научения, и вкратце описаны нарушения счета у больных с поражением лобных долей. Текст содержит рукописные пометы.


Очерки по теории травматических афазий

Лурия А.Р.. 1945 г, машинопись.

Вероятно, один из черновых вариантов книги Лурии "Травматическая афазия" (1947). В книге четыре главы, каждая из которых посвящена определенному аспекту проблемы травматической афазии. В первой главе травматическая афазия охарактеризована с точки зрения эпидемиологии: приведена статистика возникновения афазии после ранений головного мозга, описана динамика ее развития и проведено разделение между первичными афазиями и вторичными (реактивными, возникающими вследствие личностной реакции на первичную травму). Во второй главе обсуждается восстановление речевой функции после травматической афазии, в частности, его зависимость от этиологии и локализации поражения, а также от наличия у больного скрытого или семейного левшества. В третьей главе Лурия описывает общие нейропсихологические механизмы речевой функции, а также характеризует типы афазий в зависимости от топики поражения. Так, Лурия выделяет премоторные афазии (две формы, динамическую и эфферентную моторную), афферентную (апрактическую) афазию, акустические афазии (сенсорную и амнестическую), семантическую афазию. В последней, четвертой, главе приведены методы исследования речи (в том числе письменной), а также других психических функций (гнозиса, праксиса и счета). В книге подробно разобраны многочисленные клинические случаи. Текст содержит рукописные редакторские пометы и рисунки.


Нарушение письма и счета при инертности высших нервных процессов (к вопросу о персевераторной форме аграфии и акалькулии) - часть 2

Лурия А.Р.. 1960 г, рукопись.

Продолжение материала о влиянии подвижности нервных процессов на процессы письма и счета. Разобран случай больного П.Б. (43216) с опухолью задних лобных отделов левого полушария. В заключение даются определения динамической аграфии и динамической акалькулии, которые характеризуются персеверациями и невозможностью преодолеть инертные стереотипы.


Психология мозговых поражений. Очерк функциональной патологии мозговых систем. Часть 1. Психологический анализ гностических систем.

Лурия А.Р.. 1941 г, машинопись.

Материал посвящен патологии гностических систем, возникающих при поражении различных зон головного мозга. Отдельно рассматриваются патологии оптического гнозиса при поражении затылочно-теменных зон (первичных и вторичных зрительных зон), патологии акустического гнозиса при поражении височных зон (в частности, нарушений фонематического слуха), а также патологии смысловой обработки при поражении теменных (третичных гностических) отделов. Подробно разобраны многочисленные клинические случаи. В каждом разделе также есть детальный исторический обзор.


К вопросу об изменении структуры и мозговой организации психических процессов по мере их функционального развития

Лурия А.Р., Тубылевич Б.. 1968 г, машинопись.

Материал представляет собой раннюю версию статьи "Об изменении структуры и мозговой организации психических процессов по мере их функционального развития". Статья посвящена изменениям функциональной организации психологического процесса по мере его функционального развития. Автор указывает на то, что локальные поражения мозга, нарушающие работу того или иного психологического процесса, часто оставляют незатронутым его более автоматизированные, упроченные формы. Это дает основания полагать, что мозговой субстрат психологического процесса и его упроченных форм различается. Автор иллюстрирует данные положения на примере функции письма у двух больных с поражениями теменно-затылочных (б-ная Кул., и.б.46663) и теменно-височных (б-ной Заг., и.б. 47886) отделов.


Об изменении структуры и мозговой организации психических процессов по мере их функционального развития

Лурия А.Р., Симерницкая Э.Г., Тубылевич Б.. 1969 г, машинопись.

Материал представляет собой неполный вариант одноименной статьи. Статья посвящена изменениям функциональной организации психологического процесса по мере его функционального развития. Автор указывает на то, что локальные поражения мозга, нарушающие работу того или иного психологического процесса, часто оставляют незатронутым его более автоматизированные, упроченные формы. Это дает основания полагать, что мозговой субстрат психологического процесса и его упроченных форм различается. Автор иллюстрирует данные положения на примере функции письма у двух больных с поражениями теменно-затылочных (б-ная Кул., и.б.46663) и теменно-височных (б-ной Заг., и.б. 47886) отделов.


Об изменении структуры и мозговой организации психических процессов по мере их функционального развития

Лурия А.Р., Симерницкая Э.Г., Тубылевич Б.. 1969 г, машинопись.

Статья посвящена изменениям функциональной организации психологического процесса по мере его функционального развития. Автор указывает на то, что локальные поражения мозга, нарушающие работу того или иного психологического процесса, часто оставляют незатронутым его более автоматизированные, упроченные формы. Это дает основания полагать, что мозговой субстрат психологического процесса и его упроченных форм различается. Автор иллюстрирует данные положения на примере функции письма у двух больных с поражениями теменно-затылочных (б-ная Кул., и.б.46663) и теменно-височных (б-ной Заг., и.б. 47886) отделов.


Об изменении структуры и мозговой организации психических процессов по мере их функционального развития

Лурия А.Р., Симерницкая Э.Г., Тубылевич Б.. 1969 г, машинопись.

Материал представляет собой неполный вариант одноименной статьи. Статья посвящена изменениям функциональной организации психологического процесса по мере его функционального развития. Автор указывает на то, что локальные поражения мозга, нарушающие работу того или иного психологического процесса, часто оставляют незатронутым его более автоматизированные, упроченные формы. Это дает основания полагать, что мозговой субстрат психологического процесса и его упроченных форм различается. Автор иллюстрирует данные положения на примере функции письма у двух больных с поражениями теменно-затылочных (б-ная Кул., и.б.46663) и теменно-височных (б-ной Заг., и.б. 47886) отделов.


не указано

автор не указан. рукопись.

Рисунки к статье "К вопросу об изменении структуры и мозговой организации психических процессов по мере их функционального развития"


не указано

рукопись.

Рисунки к статье "К вопросу об изменении структуры и мозговой организации психических процессов по мере их функционального развития"


Modification of the structure and cerebral organization of psychological processes with their functional development

Luria A.R., Simernitskaya E.G., B. Tubylevich. 1969 г, машинопись.

Статья посвящена изменениям функциональной организации психологического процесса по мере его функционального развития. Автор указывает на то, что локальные поражения мозга, нарушающие работу того или иного психологического процесса, часто оставляют незатронутым его более автоматизированные, упроченные формы. Это дает основания полагать, что мозговой субстрат психологического процесса и его упроченных форм различается. Автор иллюстрирует данные положения на примере функции письма у двух больных с поражениями теменно-затылочных (б-ная Кул., и.б.46663) и теменно-височных (б-ной Заг., и.б. 47886) отделов.


Brain research and human behavior

Luria A.R.. 1968 г, рукопись.

Черновик доклада. В докладе обсуждаются достижения нейропсихологии за последние несколько десятков лет. В частности, говорится о трех функциональных блоках мозга, а также о сложности организации высших психических функций в мозгу. Последнее разобрано на примере функции письма.


Brain research and human behavior

Luria A.R.. 1968 г, рукопись.

В докладе обсуждаются достижения нейропсихологии за последние несколько десятков лет. В частности, говорится о трех функциональных блоках мозга, а также о сложности организации высших психических функций в мозгу. Последнее разобрано на примере функции письма.


Brain research and human behavior

Luria A.R.. 1968 г, машинопись.

В докладе обсуждаются достижения нейропсихологии за последние несколько десятков лет. В частности, говорится о трех функциональных блоках мозга, а также о сложности организации высших психических функций в мозгу. Последнее разобрано на примере функции письма.


Neuropsychology as a Science | An Evening Lecture for the XVI International Congress of Applied Psychology

Luria A.R.. 1968 г, рукопись.

Черновик к вечерней лекции "Нейропсихология как наука" для 16го Международного конгресса по прикладной психологии. По представлениям современной нейропсихологии, псхические функции человека основаны на скоординированной работе динамических систем, локализованных в разных частях мозга, каджая из которых играет свою специализированную роль. Из этого следует, что одни и те же сложные поведенческие процессы могут нарушаться из-за поражения разных областей мозга, при этом в зависимости от локализации будут поражены различные факторы и нарушены разные компоненты одной и той же функциональной системы. Далее Лурия развивает теоретические и практические применения этого постулата. С теоретической точки зрения, он описывает базовые принципы функциональной организации мозга человека - три функциональных блока. С практической, он демонстрирует диагностическую силу нейропсихологии на примере нарушений письма вследствие мозговых поражений, а также описывает возможности и особенности применения факторного анализа. Текст рукописи содержит правки и пометы.


Neuropsychology as a Science | An Evening Lecture for the XVI International Congress of Applied Psychology

Luria A.R.. 1968 г, рукопись.

Черновик к вечерней лекции "Нейропсихология как наука" для 16го Международного конгресса по прикладной психологии. По представлениям современной нейропсихологии, псхические функции человека основаны на скоординированной работе динамических систем, локализованных в разных частях мозга, каджая из которых играет свою специализированную роль. Из этого следует, что одни и те же сложные поведенческие процессы могут нарушаться из-за поражения разных областей мозга, при этом в зависимости от локализации будут поражены различные факторы и нарушены разные компоненты одной и той же функциональной системы. Далее Лурия развивает теоретические и практические применения этого постулата. С теоретической точки зрения, он описывает базовые принципы функциональной организации мозга человека - три функциональных блока. С практической, он демонстрирует диагностическую силу нейропсихологии на примере нарушений письма вследствие мозговых поражений, а также описывает возможности и особенности применения факторного анализа. Текст рукописи содержит многочисленные правки и пометы.


Neuropsychology as a Science | An Evening Lecture for the XVI International Congress of Applied Psychology

Luria A.R.. 1968 г, машинопись.

Черновик к вечерней лекции "Нейропсихология как наука" для 16го Международного конгресса по прикладной психологии. По представлениям современной нейропсихологии, псхические функции человека основаны на скоординированной работе динамических систем, локализованных в разных частях мозга, каджая из которых играет свою специализированную роль. Из этого следует, что одни и те же сложные поведенческие процессы могут нарушаться из-за поражения разных областей мозга, при этом в зависимости от локализации будут поражены различные факторы и нарушены разные компоненты одной и той же функциональной системы. Далее Лурия развивает теоретические и практические применения этого постулата. С теоретической точки зрения, он описывает базовые принципы функциональной организации мозга человека - три функциональных блока. С практической, он демонстрирует диагностическую силу нейропсихологии на примере нарушений письма вследствие мозговых поражений, а также описывает возможности и особенности применения факторного анализа.


Neuropsychology as a Science | An Evening Lecture for the XVI International Congress of Applied Psychology

Luria A.R.. 1968 г, машинопись.

Черновик к вечерней лекции "Нейропсихология как наука" для 16го Международного конгресса по прикладной психологии. По представлениям современной нейропсихологии, псхические функции человека основаны на скоординированной работе динамических систем, локализованных в разных частях мозга, каджая из которых играет свою специализированную роль. Из этого следует, что одни и те же сложные поведенческие процессы могут нарушаться из-за поражения разных областей мозга, при этом в зависимости от локализации будут поражены различные факторы и нарушены разные компоненты одной и той же функциональной системы. Далее Лурия развивает теоретические и практические применения этого постулата. С теоретической точки зрения, он описывает базовые принципы функциональной организации мозга человека - три функциональных блока. С практической, он демонстрирует диагностическую силу нейропсихологии на примере нарушений письма вследствие мозговых поражений, а также описывает возможности и особенности применения факторного анализа.


Протокол: больной Гуревич

автор не указан. 1975 г, рукопись.

У больного (см. более подробное описание случая по тегу пациента) после краткой беседы с ним исследуется повторная речь (звуки, слова, словосочетания - недоступен повтор сочетаний при сохранном повторении единичных стимулов), номинативная речь (называние отдельных предметов доступно, при назывании пар наступают персеверации, задание становится недоступно на фоне истощения), понимание речи (страдает из-за сочетания акустико-мнестических дефицитов с нестойкостью, отчуждением значений слов и персевераторных нарушений). Подробно оценивается память - запоминание серий слов, фраз, при этом отмечается грубое про- и ретроактивное торможение, персеверации, контаминации. Показаны нарушения счета, обсуждаются проблемы на письме (если от одного элемента перейти к серии, снова возникают отчуждения и персеверации). Чтение при этом сохранно, понимание общего смысла доступно, но его передача затруднена. Таким образом, на первый план у больного выходит нестойкость словесных следов, персеверации, контаминации. Делается вывод о варианте акустико-мнестического и персевераторного нарушения глубинного происхождения, не затрагивающем фонематический слух, как при корковом дефиците; высказывается предположение о возможной височно-теменной или височно-теменно-затылочной локализации.


Протокол: больной Гуревич

автор не указан. 1975 г, машинопись.

У больного (см. более подробное описание случая по тегу пациента) после краткой беседы с ним исследуется повторная речь (звуки, слова, словосочетания - недоступен повтор сочетаний при сохранном повторении единичных стимулов), номинативная речь (называние отдельных предметов доступно, при назывании пар наступают персеверации, задание становится недоступно на фоне истощения), понимание речи (страдает из-за сочетания акустико-мнестических дефицитов с нестойкостью, отчуждением значений слов и персевераторных нарушений). Подробно оценивается память - запоминание серий слов, фраз, при этом отмечается грубое про- и ретроактивное торможение, персеверации, контаминации. Показаны нарушения счета, обсуждаются проблемы на письме (если от одного элемента перейти к серии, снова возникают отчуждения и персеверации). Чтение при этом сохранно, понимание общего смысла доступно, но его передача затруднена. Таким образом, на первый план у больного выходит нестойкость словесных следов, персеверации, контаминации. Делается вывод о варианте акустико-мнестического и персевераторного нарушения глубинного происхождения, не затрагивающем фонематический слух, как при корковом дефиците; высказывается предположение о возможной височно-теменной или височно-теменно-затылочной локализации.