Поиск

Найдено 47 документов.


Basic principles of restorative therapy of speech in aphasia (Institute of Neurology, USSR Academy of Medical Sciences, Moscow)

Beyn E.S.. рукопись.

Статья Э.С. Бейн (1916-1981, многолетний сотрудник НИИ неврологии АМН СССР) посвящена вопросам восстановления речи при афазии. Кратко освещая вначале историю вопроса, автор останавливается на том, как уже после I Мировой войны в работах К. Гольдштейна обсуждалась важность направленного воздействия на восстановление речи, которая зачастую не восстанавливается после военной травмы самостоятельно. Опыт II Мировой войны окончательно убедил специалистов в области неврологии в необходимости такой работы. Автор кратко останавливается на втором важном источнике появления речевых нарушений - поражениях мозга сосудистого генеза, кратко перечисляет факторы, влияющие в случае сосудистых поражений на тяжесть речевых дефектов. В статье отмечается важность знаний из области психологии, лингвистики, неврологии и психиатрии и командная работа всех этих специалистов в деле восстановительного обучения. Подчеркивается важность раннего начала и обеспечения пролонгированного характера восстановительной работы (1-2 года). Далее подробно рассматриваются 2 основных метода восстановления речи - растормаживание и компенсация дефекта за счет выстраивания "обходного пути". Перечисляются основные методические принципы выстраивания коррекционной работы - стадиальность со своей целью на каждой стадии, восстановление речи всегда с опорой на семантический контекст, работа со всеми сторонами речевой системы и подбор методов с учетом структуры дефекта при той или иной форме афазий. Последний пункт подробно обсуждается на материале сенсорной афазии. Указываются 2 главные функции речи, подлежащие восстановлению, - коммуникативная и индикативная. Рукописная версия отличается от машинописной наличием библиографии.


Basic principles of restorative therapy of speech in aphasia (Institute of Neurology, USSR Academy of Medical Sciences, Moscow)

Beyn E.S.. машинопись.

Статья Э.С. Бейн (1916-1981, многолетний сотрудник НИИ неврологии АМН СССР) посвящена вопросам восстановления речи при афазии. Кратко освещая вначале историю вопроса, автор останавливается на том, как уже после I Мировой войны в работах К. Гольдштейна обсуждалась важность направленного воздействия на восстановление речи, которая зачастую не восстанавливается после военной травмы самостоятельно. Опыт II Мировой войны окончательно убедил специалистов в области неврологии в необходимости такой работы. Автор кратко останавливается на втором важном источнике появления речевых нарушений - поражениях мозга сосудистого генеза, кратко перечисляет факторы, влияющие в случае сосудистых поражений на тяжесть речевых дефектов. В статье отмечается важность знаний из области психологии, лингвистики, неврологии и психиатрии и командная работа всех этих специалистов в деле восстановительного обучения. Подчеркивается важность раннего начала и обеспечения пролонгированного характера восстановительной работы (1-2 года). Далее подробно рассматриваются 2 основных метода восстановления речи - растормаживание и компенсация дефекта за счет выстраивания "обходного пути". Перечисляются основные методические принципы выстраивания коррекционной работы - стадиальность со своей целью на каждой стадии, восстановление речи всегда с опорой на семантический контекст, работа со всеми сторонами речевой системы и подбор методов с учетом структуры дефекта при той или иной форме афазий. Последний пункт подробно обсуждается на материале сенсорной афазии. Указываются 2 главные функции речи, подлежащие восстановлению, - коммуникативная и индикативная.


Tachystoscopic investigation of the process of recognising pictures of objects in conditions of electroencephalographic control (Theses of a communication at the Psychological Congress)

Beyn E.S., Volkov V.N., Zhirmunskaya E.A.. машинопись.

Документ представляет собой тезисы доклада на Психологическом конгрессе АМН СССР. Доклад посвящен тахистоскопическому исследованию скорости зрительного восприятия при ЭЭГ-контроле. В результате исследования были получены данные о порогах зрительного восприятия, длительности латентного периода двигательной реакции и общем периоде "рабочего периода", а также особенностях изменения структуры электроэнцефалограммы во время зрительного восприятия.


Тахистоскопическое исследование процесса узнавания предметных изображений при энцефалографическом контроле

Бейн Э.С., Волков В.Н., Жирмунская Е.А.. машинопись.

Документ представляет собой тезисы доклада на Психологическом конгрессе АМН СССР. Доклад посвящен тахистоскопическому исследованию скорости зрительного восприятия при ЭЭГ-контроле. В результате исследования были получены данные о порогах зрительного восприятия, длительности латентного периода двигательной реакции и общем периоде "рабочего периода", а также особенностях изменения структуры электроэнцефалограммы во время зрительного восприятия.


Тахистоскопическое исследование процесса узнавания предметных изображений при энцефалографическом контроле

Бейн Э.С., Волков В.Н., Жирмунская Е.А.. машинопись.

Документ представляет собой тезисы доклада на Психологическом конгрессе АМН СССР. Доклад посвящен тахистоскопическому исследованию скорости зрительного восприятия при ЭЭГ-контроле. В результате исследования были получены данные о порогах зрительного восприятия, длительности латентного периода двигательной реакции и общем периоде "рабочего периода", а также особенностях изменения структуры электроэнцефалограммы во время зрительного восприятия.


К нейропсихологическому анализу декодирования сообщения

Лурия А.Р.. 1971 г, машинопись.

В статье обсуждается психологическая структура процесса декодирования сообщения (понимания обращенной речи). Выделяются 3 этапа этого процесса: понимание лексического значения слов, входящих в высказывание, анализ синтаксического строения фразы и на ее основе - понимание значения всего высказывания в целом, и, наконец, понимание общей мысли, мотивов и смысла, заложенных в высказывание, то есть подтекста, стоящего за сообщением. Эти этапы разбираются на примере понимания рассказа-басни "Галка и голуби" Л.Н. Толстого. Обсуждаются условия (или задачи) декодирования сообщения: 1) анализ контекста (поскольку только с его помощью из ряда значений и семантических связей, присущих слову, выбираются те, которые релевантны для данного высказывания), 2) после выбора нужных смыслов для того или иного слова - их сохранение и "вливание" (Л.С. Выготский) в последующие слова для верного понимания их смысла, 3) возможность уложить последовательно (сукцессивно) воспринимаемые элементы сообщения в целостную, одновременно (симультанно) схватываемую логико-грамматическую систему, 4) анализ подтекста и внутреннего смысла высказывания с выходом за пределы содержащихся в нем внешних значений. Подчеркивается, что анализ подтекста и внутреннего смысла не является чисто вне-языковым процессом и тесно связан с языковым содержанием сообщения. Далее обсуждается проблема выделения компонентов процесса декодирования сообщения и сложность построения таких моделей декодирования (например, создаваемых в структурной лингвистике). На примере опытов по анализу семантических полей с применением психофизиологических методов регистрации сосудистых или кожно-гальванических компонентов ориентировочного рефлекса (А.Р. Лурия, О.С. Виноградова, Н.А. Эйслер) показано, как по-разному выглядят связи слов у взрослых испытуемых группы условной нормы, умственно отсталых испытуемых, детей, как эти связи зависят от функционального состояния испытуемых. В этой связи критикуются модели понимания речи, не учитывающие эту психологическую специфику построения семантических связей у человека. Упоминается метод регистрации движений глаз как важное психологическое средство изучения процесса понимания текста в зависимости от его сложности и многозначности. Значительная часть статьи посвящена описанию возможностей клинической нейропсихологии и анализа локальных поражений мозга для изучения психологической структуры декодирования сообщения. А.Р. Лурия кратко освещает основные принципы теории системной динамической локализации ВПФ (многокомпонентное строение ВПФ, связь каждого компонента с определенной зоной мозга, понятие нейропсихологического фактора, принцип двойной диссоциации функций при повреждении той или иной зоны), показывая, как такое понимание мозговых механизмов речи позволяет из анализа ее нарушений при локальных поражениях мозга сделать важные для психолингвистики выводы. Приводятся примеры нарушений понимания речи, возникающих при височных (нарушения фонематического слуха и нестойкость лексических единиц) и нижнетеменных (теменно-височно-затылочных) поражениях (нарушения процессов симультанных синтезов при анализе логико-грамматической структуры высказывания), поражениях медиальных отделов височной области (сужение объема оперативной памяти и повышенная тормозимость следов интерференцией) и передних (лобных) отделов коры (патологическая инертность, а при заинтересованности префронтальных областей - инактивность и/или импульсивность с потерей контроля над стереотипами и непроизвольным уровнем функционирования). Обсуждается также роль глубинных структур в обеспечении процессов избирательности (селективности) психических процессов и поддержания общего психического тонуса. Подчеркивается, что при правополушарных поражениях понимание речи также нарушается - зачастую как раз в звене избирательности, что выглядит как плохо контролируемое резонерство при внешне полностью сохранной речи. Подробно обсуждаются различные степени нарушения селективности, наиболее сильно проявляющейся в случаях, когда сочетается общемозговая симптоматика и повреждение подкорковых структур с нарушением (первичным или вторичным от указанной) работы лобных долей: 1) повышенная тормозимость следов интерферирующими воздействиями, 2) контаминация следов, 3) инертность последней из воспринятых смысловых систем, 4) подмена воспроизведения бесконтрольно всплывающими побочными ассоциациями. В заключение делается вывод о важности нейролингвистики и знания о нарушениях речи при локальных поражениях мозга для расширения научного знания о процессах декодирования речевого высказывания, которое ранее считалось прерогативой только лингвистики, а теперь нуждается в данных от смежных наук для обогащения понимания механизмов сложных речевых процессов.


К нейропсихологическому анализу декодирования сообщения

Лурия А.Р.. 1971 г, рукопись.

В статье обсуждается психологическая структура процесса декодирования сообщения (понимания обращенной речи). Выделяются 3 этапа этого процесса: понимание лексического значения слов, входящих в высказывание, анализ синтаксического строения фразы и на ее основе - понимание значения всего высказывания в целом, и, наконец, понимание общей мысли, мотивов и смысла, заложенных в высказывание, то есть подтекста, стоящего за сообщением. Эти этапы разбираются на примере понимания рассказа-басни "Галка и голуби" Л.Н. Толстого. Обсуждаются условия (или задачи) декодирования сообщения: 1) анализ контекста (поскольку только с его помощью из ряда значений и семантических связей, присущих слову, выбираются те, которые релевантны для данного высказывания), 2) после выбора нужных смыслов для того или иного слова - их сохранение и "вливание" (Л.С. Выготский) в последующие слова для верного понимания их смысла, 3) возможность уложить последовательно (сукцессивно) воспринимаемые элементы сообщения в целостную, одновременно (симультанно) схватываемую логико-грамматическую систему, 4) анализ подтекста и внутреннего смысла высказывания с выходом за пределы содержащихся в нем внешних значений. Подчеркивается, что анализ подтекста и внутреннего смысла не является чисто вне-языковым процессом и тесно связан с языковым содержанием сообщения. Далее обсуждается проблема выделения компонентов процесса декодирования сообщения и сложность построения таких моделей декодирования (например, создаваемых в структурной лингвистике). На примере опытов по анализу семантических полей с применением психофизиологических методов регистрации сосудистых или кожно-гальванических компонентов ориентировочного рефлекса (А.Р. Лурия, О.С. Виноградова, Н.А. Эйслер) показано, как по-разному выглядят связи слов у взрослых испытуемых группы условной нормы, умственно отсталых испытуемых, детей, как эти связи зависят от функционального состояния испытуемых. В этой связи критикуются модели понимания речи, не учитывающие эту психологическую специфику построения семантических связей у человека. Упоминается метод регистрации движений глаз как важное психологическое средство изучения процесса понимания текста в зависимости от его сложности и многозначности. Значительная часть статьи посвящена описанию возможностей клинической нейропсихологии и анализа локальных поражений мозга для изучения психологической структуры декодирования сообщения. А.Р. Лурия кратко освещает основные принципы теории системной динамической локализации ВПФ (многокомпонентное строение ВПФ, связь каждого компонента с определенной зоной мозга, понятие нейропсихологического фактора, принцип двойной диссоциации функций при повреждении той или иной зоны), показывая, как такое понимание мозговых механизмов речи позволяет из анализа ее нарушений при локальных поражениях мозга сделать важные для психолингвистики выводы. Приводятся примеры нарушений понимания речи, возникающих при височных (нарушения фонематического слуха и нестойкость лексических единиц) и нижнетеменных (теменно-височно-затылочных) поражениях (нарушения процессов симультанных синтезов при анализе логико-грамматической структуры высказывания), поражениях медиальных отделов височной области (сужение объема оперативной памяти и повышенная тормозимость следов интерференцией) и передних (лобных) отделов коры (патологическая инертность, а при заинтересованности префронтальных областей - инактивность и/или импульсивность с потерей контроля над стереотипами и непроизвольным уровнем функционирования). Обсуждается также роль глубинных структур в обеспечении процессов избирательности (селективности) психических процессов и поддержания общего психического тонуса. Подчеркивается, что при правополушарных поражениях понимание речи также нарушается - зачастую как раз в звене избирательности, что выглядит как плохо контролируемое резонерство при внешне полностью сохранной речи. Подробно обсуждаются различные степени нарушения селективности, наиболее сильно проявляющейся в случаях, когда сочетается общемозговая симптоматика и повреждение подкорковых структур с нарушением (первичным или вторичным от указанной) работы лобных долей: 1) повышенная тормозимость следов интерферирующими воздействиями, 2) контаминация следов, 3) инертность последней из воспринятых смысловых систем, 4) подмена воспроизведения бесконтрольно всплывающими побочными ассоциациями. В заключение делается вывод о важности нейролингвистики и знания о нарушениях речи при локальных поражениях мозга для расширения научного знания о процессах декодирования речевого высказывания, которое ранее считалось прерогативой только лингвистики, а теперь нуждается в данных от смежных наук для обогащения понимания механизмов сложных речевых процессов.


On quasi-aphasic speech disturbances in lesions of the deep structures of the brain

Luria A.R.. 1975 г, рукопись.

В статье разобран клинический случай пациента с аневризмой в области левого таламуса. До операции поведение пациента было полностью сохранно. Операция разрушила часть левого таламуса, а также его связи с левой височной областью, что привело к грубым речевым нарушениям, которые, однако, отличались от обычно наблюдаемых при поражении височных областей афазий. Нейропсихологический анализ речевых нарушений показал, что они скорее связаны с частичным расстройством селективных процессов и блокирования побочных ассоциаций. Статья содержит редакторские правки.


Исследования по нейропсихологии памяти Расстройства памяти при поражении медиальных отделов лобных долей мозга сосудистого происхождения

Коновалов А.Н., Лурия А.Р., Подгорная А.Я.. 1968 г, машинопись.

Первая часть серии исследований, посвященных нейропсихологическому анализу дефектов памяти при различных локализациях поражения мозга. Том посвящен нарушениям памяти при поражении медиальных отделов лобных долей в результате нарушений кровообращения в системе передне-соединительной и передних мозговых артерий. При обсуждении нейропсихологических механизмов амнезии в подобных случаях выдвигаются две гипотезы: о слабости фиксации следов памяти, либо их воспроизведения. На основании подробного нейропсихологического анализа группы больных авторы приходят к выводу о том, что к нарушениям памяти приводит не столько слабость фиксации следов (хотя и она имеет место), сколько их легкая тормозимость интерферирующими воздействиями и дефекты торможения побочных связей. Серия целенаправленных экспериментов с больными позволила подтвердить выводы, сделанные на основе нейропсихологического обследования.


Расстройства памяти в клинике аневризм перердней соединительной артерии

Коновалов А.Н., Лурия А.Р., Подгорная А.Я.. 1968 г, машинопись.

Первая часть серии исследований, посвященных нейропсихологическому анализу дефектов памяти при различных локализациях поражения мозга. Том посвящен нарушениям памяти при поражении медиальных отделов лобных долей в результате нарушений кровообращения в системе передне-соединительной и передних мозговых артерий. При обсуждении нейропсихологических механизмов амнезии в подобных случаях выдвигаются две гипотезы: о слабости фиксации следов памяти, либо их воспроизведения. На основании подробного нейропсихологического анализа группы больных авторы приходят к выводу о том, что к нарушениям памяти приводит не столько слабость фиксации следов (хотя и она имеет место), сколько их легкая тормозимость интерферирующими воздействиями и дефекты торможения побочных связей. Серия целенаправленных экспериментов с больными позволила подтвердить выводы, сделанные на основе нейропсихологического обследования. Машинописный текст содержит рукописные пометы и вставки.


О стойких явлениях деперсонализации после удаления краниофарингомы с резекцией полюса правой лобной доли (больной Дубинский)

Лурия А.Р.. 1970 г, рукопись.

Сообщение посвящено описанию нейропсихологического синдрома при поражении медиальных отделов полушарий и передних отделов лимбической области, при котором на первый план выступают стойкие нарушения ориентировки, спутанность, нарушения сознания. Особенную роль при этом играют правополушарные структуры Синдром описывается на примере больного Дубинского (39 лет, инженер), перенесшего удаление опухоли (краниофарингомы) глубинных отделов правого полушария с резекцией полюса правой лобной доли. До операции при полностью сохранной ориентировке, отсутствии нарушений в большинстве высших психических функций больной демонстрировал только легкое снижение памяти и незначительную импульсивность. После операции состояние пациента заметно ухудшилось: гнозис, праксис, речь оставались сохранными, но на первый план вышли грубые нарушения сознания со спутанностью и конфабуляциями, деперсонализацией, нарушения ориентировки и критики. Нарушения памяти при этом стали значительно грубее. После почти полного регресса большинства симптомов явления деперсонализации и конфабуляции достаточно стойко сохранялись даже после месяца с момента операции. Отчасти механизмы синдрома могут быть связаны со спазмом обеих передних мозговых артерий.


О стойких явлениях деперсонализации после удаления краниофарингомы с резекцией полюса правой лобной доли (больной Дубинский)

Лурия А.Р.. 1970 г, машинопись.

Сообщение посвящено описанию нейропсихологического синдрома при поражении медиальных отделов полушарий и передних отделов лимбической области, при котором на первый план выступают стойкие нарушения ориентировки, спутанность, нарушения сознания. Особенную роль при этом играют правополушарные структуры Синдром описывается на примере больного Дубинского (39 лет, инженер), перенесшего удаление опухоли (краниофарингомы) глубинных отделов правого полушария с резекцией полюса правой лобной доли. До операции при полностью сохранной ориентировке, отсутствии нарушений в большинстве высших психических функций больной демонстрировал только легкое снижение памяти и незначительную импульсивность. После операции состояние пациента заметно ухудшилось: гнозис, праксис, речь оставались сохранными, но на первый план вышли грубые нарушения сознания со спутанностью и конфабуляциями, деперсонализацией, нарушения ориентировки и критики. Нарушения памяти при этом стали значительно грубее. После почти полного регресса большинства симптомов явления деперсонализации и конфабуляции достаточно стойко сохранялись даже после месяца с момента операции. Отчасти механизмы синдрома могут быть связаны со спазмом обеих передних мозговых артерий.


Протокол: больной Фонтон

1975 г, машинопись.

Нейропсихологическое обследование больного Фонтона (66116), дающее основание сделать заключение о сосудистом поражении - тромбозе средней мозговой артерии.


Больной Баженов. Аневризма нижнетеменной области левого полушария. 02.1975

1975 г, рукопись.

Дооперационное обследование больного Баженова (3965) с аневризмой нижне-теменной области левого полушария.


Больной Баженов. Аневризма нижнетеменной области левого полушария. 02.1975

1975 г, машинопись.

Дооперационное обследование больного Баженова (63965) с аневризмой нижне-теменной области левого полушария.


Протокол: больной Куликов

1975 г, машинопись.

Больной (31 год, инженер, директор завода) обследуется в связи с подозрением на глубокую опухоль правой задней лобной области с влиянием на сосуды височной области, возможно, прорастающую в левый боковой желудочек. Нейропсихологическое обследование выявляет эмоциональные изменения (легкость по отношению к болезни и операции), снижение памяти, в праксисе - нарушение реципрокной координации и переноса позы, в мышлении - нарушения планирования и контроля при сохранности операциональной стороны. Далее, видимо, описывается исследование, проведенное на другой день, где все виды праксиса обозначаются как сохранные, в том числе выполнение реакций выбора; исследуется память (с нарушениями), серийный счет (сохранен), решение задач (с затруднениями), дается описание самооценки больного.


Протокол: больной Куликов

1975 г, машинопись.

Больной (31 год, инженер, директор завода) обследуется в связи с подозрением на глубокую опухоль правой задней лобной области с влиянием на сосуды височной области, возможно, прорастающую в левый боковой желудочек. Нейропсихологическое обследование выявляет эмоциональные изменения (легкость по отношению к болезни и операции), снижение памяти, в праксисе - нарушение реципрокной координации и переноса позы, в мышлении - нарушения планирования и контроля при сохранности операциональной стороны. Далее, видимо, описывается исследование, проведенное на другой день, где все виды праксиса обозначаются как сохранные, в том числе выполнение реакций выбора; исследуется память (с нарушениями), серийный счет (сохранен), решение задач (с затруднениями), дается описание самооценки больного.


Протокол: больной Степанов

рукопись.

Больной обследуется после удаления опухоли (астроцитомы) в глубине второй лобной извилины (лобно-височная область) слева. В нейропсихологической картине отмечается лобно-височная афазия: при сохранной критичности, отсутствии нарушений в праксисе и гнозисе отмечаются грубые речевые нарушения. Лобный компонент представлен в них персеверациями и контаминациями, височный - отчуждением смысла слов, нарушением понимания и подбора слов, слухоречевой памяти. Ситуация осложняется билингвизмом больного (второй язык чувашский). До операции нарушения были минимальны, сразу после операции у пациента наблюдалась тотальная афазия, которая постепенно смягчалась с сохранением лобно-височной картины. Частично височная симптоматика объясняется возникшими в результате вмешательства сосудистыми нарушениями.


Протокол: больной Степанов

машинопись.

Больной обследуется после удаления опухоли (астроцитомы) в глубине второй лобной извилины (лобно-височная область) слева. В нейропсихологической картине отмечается лобно-височная афазия: при сохранной критичности, отсутствии нарушений в праксисе и гнозисе отмечаются грубые речевые нарушения. Лобный компонент представлен в них персеверациями и контаминациями, височный - отчуждением смысла слов, нарушением понимания и подбора слов, слухоречевой памяти. Ситуация осложняется билингвизмом больного (второй язык чувашский). До операции нарушения были минимальны, сразу после операции у пациента наблюдалась тотальная афазия, которая постепенно смягчалась с сохранением лобно-височной картины. Частично височная симптоматика объясняется возникшими в результате вмешательства сосудистыми нарушениями.


Протокол: больной Автономов В.Г.

1973 г, машинопись.

Больной (36 лет, профессия - следователь, потом техник) перенес кровоизлияние в мозг, до которого некоторое время страдал аффективными изменениями (тревога с вегетативными реакциями), а после него начал переживать галлюцинации (обонятельные, зрительные) без снижения критичности и интеллектуальных нарушений. Больной также предъявлял жалобы на память и явления, близкие к явлениям импульсивности в интеллектуальной работе. Эти нарушения выявляются и в нейропсихологическом обследовании. Нарушения памяти связаны в первую очередь с усвоением последовательности стимулов без явной чувствительности к интерференции. Гнозис, праксис (исключая легкие трудности серийной организации движений), речь (в том числе письмо и чтение) у больного сохранны. Обобщая результаты, можно предположить локализацию поражения в медиальных отделах височной области с вовлечением в патологический процесс базальных отделов лобных и височных долей.