Поиск

Найдено 78 документов.


Протоколы военного времени, посвященные вопросу связи речи и доминантности полушарий

Лурия А.Р.. нет г, рукопись.

Данные протоколы, перемежающиеся комментариями А.Р. Лурии, объединены, по всей видимости, одной исследовательской задачей – изучением влияния межполушарной асимметрии на степень выраженности речевых расстройств при поражении левого полушария. Все пациенты, представленные в данной папке, имеют поражение т.н. «широкой речевой зоны» левого полушария (височных, теменно-височных, височно-затылочных, лобно-теменных отделов) в результате пулевого либо осколочного ранения, полученного в военное время (преимущественно 1942-1943 гг.), но разную степень выраженности речевых нарушений, которую А.Р. Лурия пробует связать с фактором левшества или амбидекстрии, подробно исследуя латеральные предпочтения у своих пациентов и даже детально прослеживая их родословную с целью выявить накопление атипичных латеральных предпочтений в семье пациента. Видимо, этот материал частично вошел в работу А.Р. Лурии «Травматическая афазия», где в разделе 4 части 1 обсуждается влияние доминантности левого полушария, скрытого или семейного левшества или амбидекстрии на выраженность афатических расстройств.


без названия, карточка обследуемого Ландау Л.Д.

автор не указан. 1962 г, рукопись.

В папке хранятся объединенные в медицинскую карточку рукописные протоколы неврологического и нейропсихологического обследования знаменитого физика, нобелевского лауреата Льва Давидовича Ландау (1908-1968). 7.01.1962 года Л.Д. Ландау в результате автокатастрофы получил множественные травмы и находился в коме 59 дней. За его жизнь боролись лучшие врачи мира, в результате чего весной 1962 года пациент пришел в сознание, но далее остро встала проблема его нейропсихологической реабилитации. Л.Д. Ландау многократно обследовался лично А.Р. Лурией и его ближайшими коллегами и учениками. Самые ранние материалы в карточке датированы 26.04.1962 г., есть материалы за май, июнь 1962 г. – до 30.06.1962 г. Записи сделаны разным почерком, носят характер черновых, сделанных прямо во время работы с пациентом протоколов диагностики или кратких описаний текущего психического статуса пациента, перемежаются письмом и рисунками пациента.


Нарушения памяти после массивной травмы мозга. Нейропсихологический анализ

Лурия А.Р.. 1966 г, рукопись.

Статья «Нарушения памяти после массивной травмы мозга. Нейропсихологический анализ» написана в 1966 г. по материалам диагностики знаменитого пациента А.Р. Лурии – физика, нобелевского лауреата Л.Д. Ландау (1908-1968). 7.01.1962 г. Л.Д. Ландау получил тяжелую черепно-мозговую травму в автокатастрофе, 59 дней находился в коме, после прихода в сознание многократно обследовался А.Р. Лурией на этапе восстановления после травмы в апреле-июне 1962 г. После постепенного исчезновения грубых симптомов нарушения сознания и аспонтанности, связанных с повреждением подкорковых структур, нарушением корково-подкоркового взаимодействия и поддержания нормального тонуса коры больших полушарий, на первый план в ситуации обследования Л.Д. Ландау стали выходить разнообразные тяжелые нарушения памяти. Они протекали сначала на фоне общей инактивности и были близки к картине корсаковского синдрома: при сохранении многих старых знаний (о своей семье, своем прошлом, знаний ранее изученных иностранных языков, даже фундаментальных научных профессиональных знаний из области физики) у него была нарушена ориентировка в месте и времени и память на текущие события и предъявляемый в обследовании материал. Нарушения памяти подробно изучаются в экспериментальном нейропсихологическом исследовании, материал и результаты которого детально описаны в статье. Исследование показывает, что механизм нарушения памяти в данном случае связан с патологической тормозимостью (в первую очередь ретроградной) одних следов памяти другими, что часто приводит к контаминации двух изолированных смысловых фрагментов (серий слов, рассказов и даже смысловых содержаний из прошлого опыта больного – ранее нарушение воспроизведения содержания прошлого опыта при таких нарушениях памяти считалось интактным). Вторым механизмом нарушения памяти у пациента могло являться нарушение избирательности отдельных следов памяти. В конце статьи описывается нарушение решения больным математических задач, но его обсуждение, как подчеркивает автор, выходит за рамки настоящей работы.


Нарушения памяти после массивной травмы мозга. Нейропсихологический анализ

Лурия А.Р.. 1966 г, машинопись.

Статья «Нарушения памяти после массивной травмы мозга. Нейропсихологический анализ» написана в 1966 г. по материалам диагностики знаменитого пациента А.Р. Лурии – физика, нобелевского лауреата Л.Д. Ландау (1908-1968). 7.01.1962 г. Л.Д. Ландау получил тяжелую черепно-мозговую травму в автокатастрофе, 59 дней находился в коме, после прихода в сознание многократно обследовался А.Р. Лурией на этапе восстановления после травмы в апреле-июне 1962 г. После постепенного исчезновения грубых симптомов нарушения сознания и аспонтанности, связанных с повреждением подкорковых структур, нарушением корково-подкоркового взаимодействия и поддержания нормального тонуса коры больших полушарий, на первый план в ситуации обследования Л.Д. Ландау стали выходить разнообразные тяжелые нарушения памяти. Они протекали сначала на фоне общей инактивности и были близки к картине корсаковского синдрома: при сохранении многих старых знаний (о своей семье, своем прошлом, знаний ранее изученных иностранных языков, даже фундаментальных научных профессиональных знаний из области физики) у него была нарушена ориентировка в месте и времени и память на текущие события и предъявляемый в обследовании материал. Нарушения памяти подробно изучаются в экспериментальном нейропсихологическом исследовании, материал и результаты которого детально описаны в статье. Исследование показывает, что механизм нарушения памяти в данном случае связан с патологической тормозимостью (в первую очередь ретроградной) одних следов памяти другими, что часто приводит к контаминации двух изолированных смысловых фрагментов (серий слов, рассказов и даже смысловых содержаний из прошлого опыта больного – ранее нарушение воспроизведения содержания прошлого опыта при таких нарушениях памяти считалось интактным). Вторым механизмом нарушения памяти у пациента могло являться нарушение избирательности отдельных следов памяти. В конце статьи описывается нарушение решения больным математических задач, но его обсуждение, как подчеркивает автор, выходит за рамки настоящей работы.


без названия, протоколы обследования Ландау Л.Д.

автор не указан. 1962 г, рукопись.

В папке хранятся результаты нейропсихологического обследования знаменитого физика, нобелевского лауреата Льва Давидовича Ландау (1908-1968). 7.01.1962 года Л.Д. Ландау в результате автокатастрофы получил множественные травмы и находился в коме 59 дней. За его жизнь боролись лучшие врачи мира, в результате чего весной 1962 года пациент пришел в сознание, но далее остро встала проблема его нейропсихологической реабилитации. Л.Д. Ландау многократно обследовался лично А.Р. Лурией и его ближайшими коллегами и учениками. В папке присутствуют материалы диагностики пациента в апреле-июне 1962 г., которые в черновом виде представлены в папке с ID 32, но в данной версии выглядят более структурированными и систематизированными по отдельным психическим процессам (память, речь, движения) и симптомам (персеверации, тормозимость следов памяти…). В ней также есть сообщенное (как указано в бумагах) В.Л. Найдиным (врачом, коллегой А.Р. Лурии и его неоднократным соавтором) описание состояния Л.Д. Ландау, записанное А.Р. Лурией 30.01.1963 г. Часть бумаг в папке представляет собой анализ результатов обследования, попытку А.Р. Лурии систематизировать и структурировать результаты диагностики и составить план анализа данного клинического случая.


Очерки по теории травматических афазий

Лурия А.Р.. 1945 г, машинопись.

Вероятно, один из черновых вариантов книги Лурии "Травматическая афазия" (1947). В книге четыре главы, каждая из которых посвящена определенному аспекту проблемы травматической афазии. В первой главе травматическая афазия охарактеризована с точки зрения эпидемиологии: приведена статистика возникновения афазии после ранений головного мозга, описана динамика ее развития и проведено разделение между первичными афазиями и вторичными (реактивными, возникающими вследствие личностной реакции на первичную травму). Во второй главе обсуждается восстановление речевой функции после травматической афазии, в частности, его зависимость от этиологии и локализации поражения, а также от наличия у больного скрытого или семейного левшества. В третьей главе Лурия описывает общие нейропсихологические механизмы речевой функции, а также характеризует типы афазий в зависимости от топики поражения. Так, Лурия выделяет премоторные афазии (две формы, динамическую и эфферентную моторную), афферентную (апрактическую) афазию, акустические афазии (сенсорную и амнестическую), семантическую афазию. В последней, четвертой, главе приведены методы исследования речи (в том числе письменной), а также других психических функций (гнозиса, праксиса и счета). В книге подробно разобраны многочисленные клинические случаи. Текст содержит рукописные редакторские пометы и рисунки.


Два вида нарушений понимания грамматических конструкций при афазиях

Лурия А.Р.. 1972 г, рукопись.

Статья посвящена нарушению понимания грамматических конструкций у двух категорий больных – с нарушением парадигматических операций, связанных с поражениями задних корковых отделов, и с нарушениями синтагматической стороны речи, обеспечиваемой передними отделами. Традиционно нарушения понимания грамматических конструкций связывались с задними корковыми отделами: при их поражении страдает понимание т.н. «коммуникации отношений» - связи между словами, неясной из контекста и для понимания требующей симультанного схватывания в квазипространственном поле. Передние поражения обычно соотносились с дефицитом экспрессивной речи, а не ее понимания – с проблемами самостоятельного развертывания речевого высказывания. В статье показано, что нарушения понимания грамматических конструкций есть у обеих категорий пациентов, но они затрагивают разные стороны грамматики. Больные с задними, теменно-височно-затылочными поражениями действительно плохо понимают конструкции с «коммуникацией отношений» (брат отца, квадрат под кругом), но легко справляются с заданиями, где во фразах допущены синтаксические ошибки («Пароход плывет по воду»), без затруднений исправляя их. Напротив, при передних поражениях больные успешно понимают конструкции с «коммуникацией отношений» и при этом не могут исправить синтаксических ошибок даже в простых фразах. Эти феномены развернуто описаны на клинических случаях больных Зас. и Богом.


Два вида нарушений понимания грамматических конструкций при афазиях

Лурия А.Р.. 1973 г, машинопись.

Статья посвящена нарушению понимания грамматических конструкций у двух категорий больных – с нарушением парадигматических операций, связанных с поражениями задних корковых отделов, и с нарушениями синтагматической стороны речи, обеспечиваемой передними отделами. Традиционно нарушения понимания грамматических конструкций связывались с задними корковыми отделами: при их поражении страдает понимание т.н. «коммуникации отношений» - связи между словами, неясной из контекста и для понимания требующей симультанного схватывания в квазипространственном поле. Передние поражения обычно соотносились с дефицитом экспрессивной речи, а не ее понимания – с проблемами самостоятельного развертывания речевого высказывания. В статье показано, что нарушения понимания грамматических конструкций есть у обеих категорий пациентов, но они затрагивают разные стороны грамматики. Больные с задними, теменно-височно-затылочными поражениями действительно плохо понимают конструкции с «коммуникацией отношений» (брат отца, квадрат под кругом), но легко справляются с заданиями, где во фразах допущены синтаксические ошибки («Пароход плывет по воду»), без затруднений исправляя их. Напротив, при передних поражениях больные успешно понимают конструкции с «коммуникацией отношений» и при этом не могут исправить синтаксических ошибок даже в простых фразах. Эти феномены развернуто описаны на клинических случаях больных Зас. и Богом.


Basic principles of restorative therapy of speech in aphasia (Institute of Neurology, USSR Academy of Medical Sciences, Moscow)

Beyn E.S.. нет г, рукопись.

Статья Э.С. Бейн (1916-1981, многолетний сотрудник НИИ неврологии АМН СССР) посвящена вопросам восстановления речи при афазии. Кратко освещая вначале историю вопроса, автор останавливается на том, как уже после I Мировой войны в работах К. Гольдштейна обсуждалась важность направленного воздействия на восстановление речи, которая зачастую не восстанавливается после военной травмы самостоятельно. Опыт II Мировой войны окончательно убедил специалистов в области неврологии в необходимости такой работы. Автор кратко останавливается на втором важном источнике появления речевых нарушений - поражениях мозга сосудистого генеза, кратко перечисляет факторы, влияющие в случае сосудистых поражений на тяжесть речевых дефектов. В статье отмечается важность знаний из области психологии, лингвистики, неврологии и психиатрии и командная работа всех этих специалистов в деле восстановительного обучения. Подчеркивается важность раннего начала и обеспечения пролонгированного характера восстановительной работы (1-2 года). Далее подробно рассматриваются 2 основных метода восстановления речи - растормаживание и компенсация дефекта за счет выстраивания "обходного пути". Перечисляются основные методические принципы выстраивания коррекционной работы - стадиальность со своей целью на каждой стадии, восстановление речи всегда с опорой на семантический контекст, работа со всеми сторонами речевой системы и подбор методов с учетом структуры дефекта при той или иной форме афазий. Последний пункт подробно обсуждается на материале сенсорной афазии. Указываются 2 главные функции речи, подлежащие восстановлению, - коммуникативная и индикативная. Рукописная версия отличается от машинописной наличием библиографии.


Basic principles of restorative therapy of speech in aphasia (Institute of Neurology, USSR Academy of Medical Sciences, Moscow)

Beyn E.S.. нет г, машинопись.

Статья Э.С. Бейн (1916-1981, многолетний сотрудник НИИ неврологии АМН СССР) посвящена вопросам восстановления речи при афазии. Кратко освещая вначале историю вопроса, автор останавливается на том, как уже после I Мировой войны в работах К. Гольдштейна обсуждалась важность направленного воздействия на восстановление речи, которая зачастую не восстанавливается после военной травмы самостоятельно. Опыт II Мировой войны окончательно убедил специалистов в области неврологии в необходимости такой работы. Автор кратко останавливается на втором важном источнике появления речевых нарушений - поражениях мозга сосудистого генеза, кратко перечисляет факторы, влияющие в случае сосудистых поражений на тяжесть речевых дефектов. В статье отмечается важность знаний из области психологии, лингвистики, неврологии и психиатрии и командная работа всех этих специалистов в деле восстановительного обучения. Подчеркивается важность раннего начала и обеспечения пролонгированного характера восстановительной работы (1-2 года). Далее подробно рассматриваются 2 основных метода восстановления речи - растормаживание и компенсация дефекта за счет выстраивания "обходного пути". Перечисляются основные методические принципы выстраивания коррекционной работы - стадиальность со своей целью на каждой стадии, восстановление речи всегда с опорой на семантический контекст, работа со всеми сторонами речевой системы и подбор методов с учетом структуры дефекта при той или иной форме афазий. Последний пункт подробно обсуждается на материале сенсорной афазии. Указываются 2 главные функции речи, подлежащие восстановлению, - коммуникативная и индикативная.


On the Prosodic Organization of the Fluent Speech in Amnestic Aphasia (A note to the problem of the relation of music and speech)

Luria A.R.. 1974 г, машинопись.

Заметка посвящена проблеме нейрональной диссоциации языковой и музыкальной способностей человека. Основным вопросом является возможность использовать сохранную музыкальную и просодическую способность для преодоления афазического дефицита. Вопрос рассмотрен на примере пациента Засецкого, многолетнего пациента Лурии и героя книги "Потерянный и возвращенный мир". Пациент с тяжелой семантической афазией испытывал значительные трудности с письмом. Тем не менее, сохранные ритмические и просодические способности позволили ему восполнить дефицит поиска слов и нахождения связей между ними за счет использования ритмической прозы. В заметке разобраны образцы такой прозы и ее лингвистические особенности.


К нейропсихологическому анализу декодирования сообщения

Лурия А.Р.. 1971 г, машинопись.

В статье обсуждается психологическая структура процесса декодирования сообщения (понимания обращенной речи). Выделяются 3 этапа этого процесса: понимание лексического значения слов, входящих в высказывание, анализ синтаксического строения фразы и на ее основе - понимание значения всего высказывания в целом, и, наконец, понимание общей мысли, мотивов и смысла, заложенных в высказывание, то есть подтекста, стоящего за сообщением. Эти этапы разбираются на примере понимания рассказа-басни "Галка и голуби" Л.Н. Толстого. Обсуждаются условия (или задачи) декодирования сообщения: 1) анализ контекста (поскольку только с его помощью из ряда значений и семантических связей, присущих слову, выбираются те, которые релевантны для данного высказывания), 2) после выбора нужных смыслов для того или иного слова - их сохранение и "вливание" (Л.С. Выготский) в последующие слова для верного понимания их смысла, 3) возможность уложить последовательно (сукцессивно) воспринимаемые элементы сообщения в целостную, одновременно (симультанно) схватываемую логико-грамматическую систему, 4) анализ подтекста и внутреннего смысла высказывания с выходом за пределы содержащихся в нем внешних значений. Подчеркивается, что анализ подтекста и внутреннего смысла не является чисто вне-языковым процессом и тесно связан с языковым содержанием сообщения. Далее обсуждается проблема выделения компонентов процесса декодирования сообщения и сложность построения таких моделей декодирования (например, создаваемых в структурной лингвистике). На примере опытов по анализу семантических полей с применением психофизиологических методов регистрации сосудистых или кожно-гальванических компонентов ориентировочного рефлекса (А.Р. Лурия, О.С. Виноградова, Н.А. Эйслер) показано, как по-разному выглядят связи слов у взрослых испытуемых группы условной нормы, умственно отсталых испытуемых, детей, как эти связи зависят от функционального состояния испытуемых. В этой связи критикуются модели понимания речи, не учитывающие эту психологическую специфику построения семантических связей у человека. Упоминается метод регистрации движений глаз как важное психологическое средство изучения процесса понимания текста в зависимости от его сложности и многозначности. Значительная часть статьи посвящена описанию возможностей клинической нейропсихологии и анализа локальных поражений мозга для изучения психологической структуры декодирования сообщения. А.Р. Лурия кратко освещает основные принципы теории системной динамической локализации ВПФ (многокомпонентное строение ВПФ, связь каждого компонента с определенной зоной мозга, понятие нейропсихологического фактора, принцип двойной диссоциации функций при повреждении той или иной зоны), показывая, как такое понимание мозговых механизмов речи позволяет из анализа ее нарушений при локальных поражениях мозга сделать важные для психолингвистики выводы. Приводятся примеры нарушений понимания речи, возникающих при височных (нарушения фонематического слуха и нестойкость лексических единиц) и нижнетеменных (теменно-височно-затылочных) поражениях (нарушения процессов симультанных синтезов при анализе логико-грамматической структуры высказывания), поражениях медиальных отделов височной области (сужение объема оперативной памяти и повышенная тормозимость следов интерференцией) и передних (лобных) отделов коры (патологическая инертность, а при заинтересованности префронтальных областей - инактивность и/или импульсивность с потерей контроля над стереотипами и непроизвольным уровнем функционирования). Обсуждается также роль глубинных структур в обеспечении процессов избирательности (селективности) психических процессов и поддержания общего психического тонуса. Подчеркивается, что при правополушарных поражениях понимание речи также нарушается - зачастую как раз в звене избирательности, что выглядит как плохо контролируемое резонерство при внешне полностью сохранной речи. Подробно обсуждаются различные степени нарушения селективности, наиболее сильно проявляющейся в случаях, когда сочетается общемозговая симптоматика и повреждение подкорковых структур с нарушением (первичным или вторичным от указанной) работы лобных долей: 1) повышенная тормозимость следов интерферирующими воздействиями, 2) контаминация следов, 3) инертность последней из воспринятых смысловых систем, 4) подмена воспроизведения бесконтрольно всплывающими побочными ассоциациями. В заключение делается вывод о важности нейролингвистики и знания о нарушениях речи при локальных поражениях мозга для расширения научного знания о процессах декодирования речевого высказывания, которое ранее считалось прерогативой только лингвистики, а теперь нуждается в данных от смежных наук для обогащения понимания механизмов сложных речевых процессов.


К нейропсихологическому анализу декодирования сообщения

Лурия А.Р.. 1971 г, рукопись.

В статье обсуждается психологическая структура процесса декодирования сообщения (понимания обращенной речи). Выделяются 3 этапа этого процесса: понимание лексического значения слов, входящих в высказывание, анализ синтаксического строения фразы и на ее основе - понимание значения всего высказывания в целом, и, наконец, понимание общей мысли, мотивов и смысла, заложенных в высказывание, то есть подтекста, стоящего за сообщением. Эти этапы разбираются на примере понимания рассказа-басни "Галка и голуби" Л.Н. Толстого. Обсуждаются условия (или задачи) декодирования сообщения: 1) анализ контекста (поскольку только с его помощью из ряда значений и семантических связей, присущих слову, выбираются те, которые релевантны для данного высказывания), 2) после выбора нужных смыслов для того или иного слова - их сохранение и "вливание" (Л.С. Выготский) в последующие слова для верного понимания их смысла, 3) возможность уложить последовательно (сукцессивно) воспринимаемые элементы сообщения в целостную, одновременно (симультанно) схватываемую логико-грамматическую систему, 4) анализ подтекста и внутреннего смысла высказывания с выходом за пределы содержащихся в нем внешних значений. Подчеркивается, что анализ подтекста и внутреннего смысла не является чисто вне-языковым процессом и тесно связан с языковым содержанием сообщения. Далее обсуждается проблема выделения компонентов процесса декодирования сообщения и сложность построения таких моделей декодирования (например, создаваемых в структурной лингвистике). На примере опытов по анализу семантических полей с применением психофизиологических методов регистрации сосудистых или кожно-гальванических компонентов ориентировочного рефлекса (А.Р. Лурия, О.С. Виноградова, Н.А. Эйслер) показано, как по-разному выглядят связи слов у взрослых испытуемых группы условной нормы, умственно отсталых испытуемых, детей, как эти связи зависят от функционального состояния испытуемых. В этой связи критикуются модели понимания речи, не учитывающие эту психологическую специфику построения семантических связей у человека. Упоминается метод регистрации движений глаз как важное психологическое средство изучения процесса понимания текста в зависимости от его сложности и многозначности. Значительная часть статьи посвящена описанию возможностей клинической нейропсихологии и анализа локальных поражений мозга для изучения психологической структуры декодирования сообщения. А.Р. Лурия кратко освещает основные принципы теории системной динамической локализации ВПФ (многокомпонентное строение ВПФ, связь каждого компонента с определенной зоной мозга, понятие нейропсихологического фактора, принцип двойной диссоциации функций при повреждении той или иной зоны), показывая, как такое понимание мозговых механизмов речи позволяет из анализа ее нарушений при локальных поражениях мозга сделать важные для психолингвистики выводы. Приводятся примеры нарушений понимания речи, возникающих при височных (нарушения фонематического слуха и нестойкость лексических единиц) и нижнетеменных (теменно-височно-затылочных) поражениях (нарушения процессов симультанных синтезов при анализе логико-грамматической структуры высказывания), поражениях медиальных отделов височной области (сужение объема оперативной памяти и повышенная тормозимость следов интерференцией) и передних (лобных) отделов коры (патологическая инертность, а при заинтересованности префронтальных областей - инактивность и/или импульсивность с потерей контроля над стереотипами и непроизвольным уровнем функционирования). Обсуждается также роль глубинных структур в обеспечении процессов избирательности (селективности) психических процессов и поддержания общего психического тонуса. Подчеркивается, что при правополушарных поражениях понимание речи также нарушается - зачастую как раз в звене избирательности, что выглядит как плохо контролируемое резонерство при внешне полностью сохранной речи. Подробно обсуждаются различные степени нарушения селективности, наиболее сильно проявляющейся в случаях, когда сочетается общемозговая симптоматика и повреждение подкорковых структур с нарушением (первичным или вторичным от указанной) работы лобных долей: 1) повышенная тормозимость следов интерферирующими воздействиями, 2) контаминация следов, 3) инертность последней из воспринятых смысловых систем, 4) подмена воспроизведения бесконтрольно всплывающими побочными ассоциациями. В заключение делается вывод о важности нейролингвистики и знания о нарушениях речи при локальных поражениях мозга для расширения научного знания о процессах декодирования речевого высказывания, которое ранее считалось прерогативой только лингвистики, а теперь нуждается в данных от смежных наук для обогащения понимания механизмов сложных речевых процессов.


Психология мозговых поражений. Очерк функциональной патологии мозговых систем. Часть 1. Психологический анализ гностических систем.

Лурия А.Р.. 1941 г, машинопись.

Материал посвящен патологии гностических систем, возникающих при поражении различных зон головного мозга. Отдельно рассматриваются патологии оптического гнозиса при поражении затылочно-теменных зон (первичных и вторичных зрительных зон), патологии акустического гнозиса при поражении височных зон (в частности, нарушений фонематического слуха), а также патологии смысловой обработки при поражении теменных (третичных гностических) отделов. Подробно разобраны многочисленные клинические случаи. В каждом разделе также есть детальный исторический обзор.


Советская психология в решении проблемы восстановления функций (к 30-летию Великой отечественной войны)

Лурия А.Р.. 1975 г, рукопись.

Статья посвящена двум практическим задачам, которые приобрели особую важность во время Великой Отечественной войны: разработке научно обоснованного подхода к восстановлению движений, нарушенных в результате ранений опорно-двигательного аппарата и периферических нервов, с одной стороны, и разработке методик восстановления высших психических функций, нарушенных в результате ранений мозга, с другой. Одним из главных достижений в рамках первого направления стала система предметных упражнений, заменившая простую механическую гимнастику и повысившая эффективность восстановления моторных функций после ранения. В рамках второго направления советские психологи, отталкиваясь от идеи Выготского о системной локализации функций, заложили основы новой науки нейропсихологии и сделали первые разработки в области восстановительного обучения, основной целью которого стала перестройка частично поврежденной функциональной системы с задействованием сохранного мозгового субстрата.


Советская психология в решении проблемы восстановления функций (к 30-летию Великой отечественной войны)

Лурия А.Р.. 1975 г, машинопись.

Статья посвящена двум практическим задачам, которые приобрели особую важность во время Великой Отечественной войны: разработке научно обоснованного подхода к восстановлению движений, нарушенных в результате ранений опорно-двигательного аппарата и периферических нервов, с одной стороны, и разработке методик восстановления высших психических функций, нарушенных в результате ранений мозга, с другой. Одним из главных достижений в рамках первого направления стала система предметных упражнений, заменившая простую механическую гимнастику и повысившая эффективность восстановления моторных функций после ранения. В рамках второго направления советские психологи, отталкиваясь от идеи Выготского о системной локализации функций, заложили основы новой науки нейропсихологии и сделали первые разработки в области восстановительного обучения, основной целью которого стала перестройка частично поврежденной функциональной системы с задействованием сохранного мозгового субстрата.


Советская психология в решении проблемы восстановления функций (к 30-летию Великой отечественной войны)

Лурия А.Р.. 1975 г, машинопись.

Статья посвящена двум практическим задачам, которые приобрели особую важность во время Великой Отечественной войны: разработке научно обоснованного подхода к восстановлению движений, нарушенных в результате ранений опорно-двигательного аппарата и периферических нервов, с одной стороны, и разработке методик восстановления высших психических функций, нарушенных в результате ранений мозга, с другой. Одним из главных достижений в рамках первого направления стала система предметных упражнений, заменившая простую механическую гимнастику и повысившая эффективность восстановления моторных функций после ранения. В рамках второго направления советские психологи, отталкиваясь от идеи Выготского о системной локализации функций, заложили основы новой науки нейропсихологии и сделали первые разработки в области восстановительного обучения, основной целью которого стала перестройка частично поврежденной функциональной системы с задействованием сохранного мозгового субстрата.


Человек, который потерял свой мир

Лурия А.Р.. 1970 г, машинопись.

Данный документ представляет собой черновой вариант знаменитой научно-популярной книги "Потерянный и возвращенный мир", посвященной анализу поражения теменно-височно-затылочных отделов у солдата Льва Засецкого. После получения военной травмы герой книги на долгие годы оказывается заложником своих зрительно-пространственных и квазипространственных нарушений - схемы тела, ориентировки во внешнем предметном пространстве, навыков счета, чтения, письма, о которых подробно пишет в своем дневнике. В книге дневниковые записи перемежаются анализом симптомов Засецкого А.Р. Лурией, комментариями относительно механизмов возникновения описываемых Засецким нарушений. От известной всем опубликованной версии данная отличается минимально - отдельными стилистическими правками в тех вставках, которые написаны А.Р. Лурией, и названием.


De vernietigde wereld van soldaat Zasetsky

not specified. 1974 г, репринт.

Больошй газетный материал о пациенте Лурии Засецком на голландском языке.


Засецкий Л.А. - пневмоэнцефалография, добавление к анамнезу, краткая выписка из истории болезни

Лурия А.Р.. нет г, машинопись, рукопись.

В документе представлены материалы по пациенту Льву Засецкому, получившему в 1943 г. травму теменно-височно-затылочных отделов с развернутой картиной зрительно-пространственных и квазипространственных нарушений - схемы тела, ориентировки во внешнем предметном пространстве, навыков счета, чтения, письма. Пациент подробно описан в знаменитой книге "Потерянный и возвращенный мир". В данном документе имеются данные пневмоэнцефалографии от 07.05.1948, выписки из истории болезни от 1948 и 1955 гг. и добавления к анамнезу и ходу течения болезни, а также отдельные неразборчивые черновики.