Поиск

Найдено 33 документов.


Лобные доли и регуляция поведения. Доклад на XVIII международном психологическом конгрессе

Лурия А.Р.. 1965 г, машинопись.

В тезисах изложены основные аспекты функции лобных долей мозга. В целом, она описана как формирование сложных программ поведения, торможение реакций на побочные сигналы и сличение результатов действия с исходными намерениями. Особое внимание уделено сигнальной регулирующей функции речи. Ее развитие описано в отногенезе, а затем проанализированы ее нарушения при поражении лобных долей. Также описаны особенности лобного синдрома при поражении различных областей лобной доли - задних, медиальных и базальных. Стертая симтоматика при рано возникающих и медленно протекающих поражениях объясняется низкой дифференциацией лобных долей.


К нейропсихологическому анализу декодирования сообщения

Лурия А.Р.. 1971 г, машинопись.

В статье обсуждается психологическая структура процесса декодирования сообщения (понимания обращенной речи). Выделяются 3 этапа этого процесса: понимание лексического значения слов, входящих в высказывание, анализ синтаксического строения фразы и на ее основе - понимание значения всего высказывания в целом, и, наконец, понимание общей мысли, мотивов и смысла, заложенных в высказывание, то есть подтекста, стоящего за сообщением. Эти этапы разбираются на примере понимания рассказа-басни "Галка и голуби" Л.Н. Толстого. Обсуждаются условия (или задачи) декодирования сообщения: 1) анализ контекста (поскольку только с его помощью из ряда значений и семантических связей, присущих слову, выбираются те, которые релевантны для данного высказывания), 2) после выбора нужных смыслов для того или иного слова - их сохранение и "вливание" (Л.С. Выготский) в последующие слова для верного понимания их смысла, 3) возможность уложить последовательно (сукцессивно) воспринимаемые элементы сообщения в целостную, одновременно (симультанно) схватываемую логико-грамматическую систему, 4) анализ подтекста и внутреннего смысла высказывания с выходом за пределы содержащихся в нем внешних значений. Подчеркивается, что анализ подтекста и внутреннего смысла не является чисто вне-языковым процессом и тесно связан с языковым содержанием сообщения. Далее обсуждается проблема выделения компонентов процесса декодирования сообщения и сложность построения таких моделей декодирования (например, создаваемых в структурной лингвистике). На примере опытов по анализу семантических полей с применением психофизиологических методов регистрации сосудистых или кожно-гальванических компонентов ориентировочного рефлекса (А.Р. Лурия, О.С. Виноградова, Н.А. Эйслер) показано, как по-разному выглядят связи слов у взрослых испытуемых группы условной нормы, умственно отсталых испытуемых, детей, как эти связи зависят от функционального состояния испытуемых. В этой связи критикуются модели понимания речи, не учитывающие эту психологическую специфику построения семантических связей у человека. Упоминается метод регистрации движений глаз как важное психологическое средство изучения процесса понимания текста в зависимости от его сложности и многозначности. Значительная часть статьи посвящена описанию возможностей клинической нейропсихологии и анализа локальных поражений мозга для изучения психологической структуры декодирования сообщения. А.Р. Лурия кратко освещает основные принципы теории системной динамической локализации ВПФ (многокомпонентное строение ВПФ, связь каждого компонента с определенной зоной мозга, понятие нейропсихологического фактора, принцип двойной диссоциации функций при повреждении той или иной зоны), показывая, как такое понимание мозговых механизмов речи позволяет из анализа ее нарушений при локальных поражениях мозга сделать важные для психолингвистики выводы. Приводятся примеры нарушений понимания речи, возникающих при височных (нарушения фонематического слуха и нестойкость лексических единиц) и нижнетеменных (теменно-височно-затылочных) поражениях (нарушения процессов симультанных синтезов при анализе логико-грамматической структуры высказывания), поражениях медиальных отделов височной области (сужение объема оперативной памяти и повышенная тормозимость следов интерференцией) и передних (лобных) отделов коры (патологическая инертность, а при заинтересованности префронтальных областей - инактивность и/или импульсивность с потерей контроля над стереотипами и непроизвольным уровнем функционирования). Обсуждается также роль глубинных структур в обеспечении процессов избирательности (селективности) психических процессов и поддержания общего психического тонуса. Подчеркивается, что при правополушарных поражениях понимание речи также нарушается - зачастую как раз в звене избирательности, что выглядит как плохо контролируемое резонерство при внешне полностью сохранной речи. Подробно обсуждаются различные степени нарушения селективности, наиболее сильно проявляющейся в случаях, когда сочетается общемозговая симптоматика и повреждение подкорковых структур с нарушением (первичным или вторичным от указанной) работы лобных долей: 1) повышенная тормозимость следов интерферирующими воздействиями, 2) контаминация следов, 3) инертность последней из воспринятых смысловых систем, 4) подмена воспроизведения бесконтрольно всплывающими побочными ассоциациями. В заключение делается вывод о важности нейролингвистики и знания о нарушениях речи при локальных поражениях мозга для расширения научного знания о процессах декодирования речевого высказывания, которое ранее считалось прерогативой только лингвистики, а теперь нуждается в данных от смежных наук для обогащения понимания механизмов сложных речевых процессов.


К нейропсихологическому анализу декодирования сообщения

Лурия А.Р.. 1971 г, рукопись.

В статье обсуждается психологическая структура процесса декодирования сообщения (понимания обращенной речи). Выделяются 3 этапа этого процесса: понимание лексического значения слов, входящих в высказывание, анализ синтаксического строения фразы и на ее основе - понимание значения всего высказывания в целом, и, наконец, понимание общей мысли, мотивов и смысла, заложенных в высказывание, то есть подтекста, стоящего за сообщением. Эти этапы разбираются на примере понимания рассказа-басни "Галка и голуби" Л.Н. Толстого. Обсуждаются условия (или задачи) декодирования сообщения: 1) анализ контекста (поскольку только с его помощью из ряда значений и семантических связей, присущих слову, выбираются те, которые релевантны для данного высказывания), 2) после выбора нужных смыслов для того или иного слова - их сохранение и "вливание" (Л.С. Выготский) в последующие слова для верного понимания их смысла, 3) возможность уложить последовательно (сукцессивно) воспринимаемые элементы сообщения в целостную, одновременно (симультанно) схватываемую логико-грамматическую систему, 4) анализ подтекста и внутреннего смысла высказывания с выходом за пределы содержащихся в нем внешних значений. Подчеркивается, что анализ подтекста и внутреннего смысла не является чисто вне-языковым процессом и тесно связан с языковым содержанием сообщения. Далее обсуждается проблема выделения компонентов процесса декодирования сообщения и сложность построения таких моделей декодирования (например, создаваемых в структурной лингвистике). На примере опытов по анализу семантических полей с применением психофизиологических методов регистрации сосудистых или кожно-гальванических компонентов ориентировочного рефлекса (А.Р. Лурия, О.С. Виноградова, Н.А. Эйслер) показано, как по-разному выглядят связи слов у взрослых испытуемых группы условной нормы, умственно отсталых испытуемых, детей, как эти связи зависят от функционального состояния испытуемых. В этой связи критикуются модели понимания речи, не учитывающие эту психологическую специфику построения семантических связей у человека. Упоминается метод регистрации движений глаз как важное психологическое средство изучения процесса понимания текста в зависимости от его сложности и многозначности. Значительная часть статьи посвящена описанию возможностей клинической нейропсихологии и анализа локальных поражений мозга для изучения психологической структуры декодирования сообщения. А.Р. Лурия кратко освещает основные принципы теории системной динамической локализации ВПФ (многокомпонентное строение ВПФ, связь каждого компонента с определенной зоной мозга, понятие нейропсихологического фактора, принцип двойной диссоциации функций при повреждении той или иной зоны), показывая, как такое понимание мозговых механизмов речи позволяет из анализа ее нарушений при локальных поражениях мозга сделать важные для психолингвистики выводы. Приводятся примеры нарушений понимания речи, возникающих при височных (нарушения фонематического слуха и нестойкость лексических единиц) и нижнетеменных (теменно-височно-затылочных) поражениях (нарушения процессов симультанных синтезов при анализе логико-грамматической структуры высказывания), поражениях медиальных отделов височной области (сужение объема оперативной памяти и повышенная тормозимость следов интерференцией) и передних (лобных) отделов коры (патологическая инертность, а при заинтересованности префронтальных областей - инактивность и/или импульсивность с потерей контроля над стереотипами и непроизвольным уровнем функционирования). Обсуждается также роль глубинных структур в обеспечении процессов избирательности (селективности) психических процессов и поддержания общего психического тонуса. Подчеркивается, что при правополушарных поражениях понимание речи также нарушается - зачастую как раз в звене избирательности, что выглядит как плохо контролируемое резонерство при внешне полностью сохранной речи. Подробно обсуждаются различные степени нарушения селективности, наиболее сильно проявляющейся в случаях, когда сочетается общемозговая симптоматика и повреждение подкорковых структур с нарушением (первичным или вторичным от указанной) работы лобных долей: 1) повышенная тормозимость следов интерферирующими воздействиями, 2) контаминация следов, 3) инертность последней из воспринятых смысловых систем, 4) подмена воспроизведения бесконтрольно всплывающими побочными ассоциациями. В заключение делается вывод о важности нейролингвистики и знания о нарушениях речи при локальных поражениях мозга для расширения научного знания о процессах декодирования речевого высказывания, которое ранее считалось прерогативой только лингвистики, а теперь нуждается в данных от смежных наук для обогащения понимания механизмов сложных речевых процессов.


Нарушение слухо-речевой памяти при очаговом поражении глубоких отделов левой височной доли

Карасева Т.А., Лурия А.Р.. 1966 г, машинопись.

В статье описан случай пациента с грубым нарушением слухо-речевых следов вследствие эхинококкового поражения белого вещества височной доли левого полушария. Нейропсихологическое обследование показало, что основным фактором наблюдаемых нарушений была патологическая тормозимость слухо-речевых следов. Патологоанатомический анализ поражения позволил предположить, что нарушение связано с разрушенем гиппокампа и его связей с конвекситальными отделами левой височной области.


Нейропсихологический метод анализа процессов восприятия

Лурия А.Р.. 1974 г, машинопись.

В статье Лурия рассматривает проблему восприятия с нейропсихологической точки зрения. Прежде всего, автор подвергает критике гипотезы "непосредственности", которые заключаются в том, что восприятие понимается как пассивное непосредственное зеркальное отображение мира. Им противопоставляется гипотеза процессуального характера, согласно которой восприятие - комплексный акт. Во-первых, в процессе восприятия объединяется сенсорная чувственная ткань предмета и знание о нем. Во-вторых, восприятие не является пассивным отражением мира, а активным процессом, который исходит из определенного мотива. Изучая больных с локальным поражением мозга, можно обнаружить диссоциации между звеньями процесса восприятия. Так, при поражении первичных зон коры возникают нарушения обработки информации "на входе" (например, сужение зрительного поля при поражении первичных зон зрительной коры). При поражении же вторичных или третичных отделов страдает дальнейшая переработка информации: больной не может синтезировать детали воспринимаемого предмета в одно целое (апперцептивная зрительная агнохия Лиссауэра) либо не может узнать предмет (ассоциативная зрительная агнозия Лиссауэра). При поражении задних речевых зон коры нарушается кодирование объекта в языковые системы, а при поражении лобных долей - акт восприятия теряет свою активность. Для иллюстрации нарушения процессов восприятия на более высоком, смысловом уровне, и его избирательного характера в частности, Лурия приводит в пример нарушения пересказа у больных с поражениями мозга различной локализации: височной, теменно-затылочной, лимбической, лобной.


Мозг человека и сознательная деятельность

Лурия А.Р.. 1967 г, рукопись.

Статья посвящена проблеме мозговой организации сознания. Попытки решить вопрос о взаимоотношении сознания и мозга, отталкиваясь от представлений о сознании как о первично данным человеку субъективном переживании, далее неразложимом, оказались теоретически бесплодными. Автор утверждает, что сознание следует понимать как сложную форму активного отражения действительности и исходить из положения о смысловом и системном строении сознания. Согласно данным представлениям, сознание формируется в результате общественной жизни человека при ближайшем участии предметной деятельности и речи. Как следствие, архитектура функциональных систем, лежащих в основе сознания, не является неизменной, а последовательно изменяется на каждом этапе развития сознания. Представления о смысловом и системном строении сознания задают направление поисков в вопросе о его мозговых основах: их следует искать в совместной работе многих мозговых систем, каждая из которых вносит свой вклад в формирование сложной сознательной деятельности. Данные, полученные в результате исследований нарушений сознательной деятельности при локальных поражениях мозга, позволяют сделать первые шаги в уточнении мозговой организации сознания.


Мозг человека и сознательная деятельность

Лурия А.Р.. машинопись.

Статья посвящена проблеме мозговой организации сознания. Попытки решить вопрос о взаимоотношении сознания и мозга, отталкиваясь от представлений о сознании как о первично данным человеку субъективном переживании, далее неразложимом, оказались теоретически бесплодными. Автор утверждает, что сознание следует понимать как сложную форму активного отражения действительности и исходить из положения о смысловом и системном строении сознания. Согласно данным представлениям, сознание формируется в результате общественной жизни человека при ближайшем участии предметной деятельности и речи. Как следствие, архитектура функциональных систем, лежащих в основе сознания, не является неизменной, а последовательно изменяется на каждом этапе развития сознания. Представления о смысловом и системном строении сознания задают направление поисков в вопросе о его мозговых основах: их следует искать в совместной работе многих мозговых систем, каждая из которых вносит свой вклад в формирование сложной сознательной деятельности. Данные, полученные в результате исследований нарушений сознательной деятельности при локальных поражениях мозга, позволяют сделать первые шаги в уточнении мозговой организации сознания


Психологическая наука и ее место в клинической медицине

Лурия А.Р.. 1969 г, машинопись, рукопись.

Один из черновых вариантов статьи. Лурия обсуждает вклад методов и концепций научной психологии в другие дисциплины, такие как психиатрия, неврология и нейрохирургия. В частности, он подчеркивает необходимость использования объективных экспериментально-психологических методов для решения диагностических задач в рамках этих дисциплин. В качестве примера Лурия приводит нарушения памяти. Это частая жалоба, которую слышит психопатолог или психиатр от своих пациентов, и ее патофизиологическая природа может быть уточнена только с помощью тщательного исследования - психологической квалификации симптомов. Далее описываются общие принципы нейропсихологии и системной локализации высших психических функций в мозгу. В заключение Лурия обозначает одно из перспективных направлений нейропихологических исследований, а именно изучение взаимодействия симптоматических нарушений с общими процессами нейродинамики.


Психологическая наука и ее место в клинической медицине

Лурия А.Р.. 1969 г, машинопись, рукопись.

Один из черновых вариантов статьи. Лурия обсуждает вклад методов и концепций научной психологии в другие дисциплины, такие как психиатрия, неврология и нейрохирургия. В частности, он подчеркивает необходимость использования объективных экспериментально-психологических методов для решения диагностических задач в рамках этих дисциплин. В качестве примера Лурия приводит нарушения памяти. Это частая жалоба, которую слышит психопатолог или психиатр от своих пациентов, и ее патофизиологическая природа может быть уточнена только с помощью тщательного исследования - психологической квалификации симптомов. Далее описываются общие принципы нейропсихологии и системной локализации высших психических функций в мозгу. В заключение Лурия обозначает одно из перспективных направлений нейропихологических исследований, а именно изучение взаимодействия симптоматических нарушений с общими процессами нейродинамики. Текст содержит рукописные пометы и правки.


Мозг человека и сознательная деятельность

Лурия А.Р.. 1967 г, машинопись.

Статья посвящена проблеме мозговой организации сознания. Попытки решить вопрос о взаимоотношении сознания и мозга, отталкиваясь от представлений о сознании как о первично данным человеку субъективном переживании, далее неразложимом, оказались теоретически бесплодными. Автор утверждает, что сознание следует понимать как сложную форму активного отражения действительности и исходить из положения о смысловом и системном строении сознания. Согласно данным представлениям, сознание формируется в результате общественной жизни человека при ближайшем участии предметной деятельности и речи. Как следствие, архитектура функциональных систем, лежащих в основе сознания, не является неизменной, а последовательно изменяется на каждом этапе развития сознания. Представления о смысловом и системном строении сознания задают направление поисков в вопросе о его мозговых основах: их следует искать в совместной работе многих мозговых систем, каждая из которых вносит свой вклад в формирование сложной сознательной деятельности. Данные, полученные в результате исследований нарушений сознательной деятельности при локальных поражениях мозга, позволяют сделать первые шаги в уточнении мозговой организации сознания.


Исследования по нейропсихологии памяти Расстройства памяти при поражении медиальных отделов лобных долей мозга сосудистого происхождения

Коновалов А.Н., Лурия А.Р., Подгорная А.Я.. 1968 г, машинопись.

Первая часть серии исследований, посвященных нейропсихологическому анализу дефектов памяти при различных локализациях поражения мозга. Том посвящен нарушениям памяти при поражении медиальных отделов лобных долей в результате нарушений кровообращения в системе передне-соединительной и передних мозговых артерий. При обсуждении нейропсихологических механизмов амнезии в подобных случаях выдвигаются две гипотезы: о слабости фиксации следов памяти, либо их воспроизведения. На основании подробного нейропсихологического анализа группы больных авторы приходят к выводу о том, что к нарушениям памяти приводит не столько слабость фиксации следов (хотя и она имеет место), сколько их легкая тормозимость интерферирующими воздействиями и дефекты торможения побочных связей. Серия целенаправленных экспериментов с больными позволила подтвердить выводы, сделанные на основе нейропсихологического обследования.


Расстройства памяти в клинике аневризм перердней соединительной артерии

Коновалов А.Н., Лурия А.Р., Подгорная А.Я.. 1968 г, машинопись.

Первая часть серии исследований, посвященных нейропсихологическому анализу дефектов памяти при различных локализациях поражения мозга. Том посвящен нарушениям памяти при поражении медиальных отделов лобных долей в результате нарушений кровообращения в системе передне-соединительной и передних мозговых артерий. При обсуждении нейропсихологических механизмов амнезии в подобных случаях выдвигаются две гипотезы: о слабости фиксации следов памяти, либо их воспроизведения. На основании подробного нейропсихологического анализа группы больных авторы приходят к выводу о том, что к нарушениям памяти приводит не столько слабость фиксации следов (хотя и она имеет место), сколько их легкая тормозимость интерферирующими воздействиями и дефекты торможения побочных связей. Серия целенаправленных экспериментов с больными позволила подтвердить выводы, сделанные на основе нейропсихологического обследования. Машинописный текст содержит рукописные пометы и вставки.


Синдром нарушения памяти при глубоких опухолях мозга, расположенных по срединной линии

Киященко Н.К., Лурия А.Р., Москвичюите Л.И., Фаллер Т.О.. 1971 г, рукопись.

Введение к исследованию о нарушениях памяти при опухолях глубинных диаэнцефально-гипоталамических структур. Задача исследования - понять, почему у больных при подобной локализации поражений наблюдаются расстройства памяти различного характера. Авторы выдвигают три гипотезы: различная локализация поражения, эффект массивности поражения, либо различное общее состояние всего мозга.


Синдром нарушения памяти при глубоких опухолях мозга, расположенных по срединной линии (опухоли диэнцефальной области)

Киященко Н.К., Лурия А.Р., Москвичюите Л.И., Фаллер Т.О.. 1972 г, машинопись.

Отчет об исследовании. Описаны результаты экспериментального исследования памяти с 17 пациентами с опухолями диэнцефально-гипоталамической области. Была проведена серия опытов, состоящих из трех типов заданий (элементарное удержание сенсомоторных и сенсорных следов, удержание серии изолированных следов в зрительной, двигательной и слуховой модальности и удержание фраз и смысловых отрывков) в трех условиях (непосредственное, отложенное воспроизведение и воспроизведение в условиях интерференции). Анализ результатов выявил три группы пациентов с модально-неспецефическими расстройствами памяти в зависимости от грубости нарушений и степени сохранности сознания.


Синдромы нарушений памяти про глубоких опухолях мозга, расположенных по средней линии

Киященко Н.К., Лурия А.Р., Москвичюите Л.И., Фаллер Т.О.. 1971 г, машинопись.

Введение к отчету (статье?) об экспериментальном исследовании памяти у пациентов с глубокими опухолями мозга. Описаны различные формы модально-неспецифических нарушений памяти, возникающие при опухолях и кровоизлияниях, нарушающих работу верхних отделов ствола и лимбической системы. Выдвигаются две гипотезы, объясняющие различия в симптоматике: различная локализация либо разная степень массивности поражений.


Нейропсихологический анализ памяти (нарушения памяти при локальных поражениях мозга)

Акбарова Н.А., Киященко Н.К., Лурия А.Р., Фам Мин Хак. рукопись.

Статья или введение к статье об исследовании механизмов нарушения памяти у больных с поражениями головного мозга различной локализации. С больными проводились серии экспериментов на запоминание изолированных и связанных элементов в условиях непосредственного, отложенного воспроизведения и воспроизведения с интерференцией. Для сравнения нарушений при различной топике поражения в исследование были включены больные с локальными поражениями верхних отделов ствола, лимбической области, различных отделов лобных долей и теменно-затылочно-височных отделов доминантного полушария. Результаты исследования представлены в обобщенном виде.


Нейропсихологический анализ памяти (нарушения памяти при локальных поражениях мозга)

Акбарова Н.А., Киященко Н.К., Лурия А.Р., Фам Мин Хак. машинопись.

Статья или введение к статье об исследовании механизмов нарушения памяти у больных с поражениями головного мозга различной локализации. С больными проводились серии экспериментов на запоминание изолированных и связанных элементов в условиях непосредственного, отложенного воспроизведения и воспроизведения с интерференцией. Для сравнения нарушений при различной топике поражения в исследование были включены больные с локальными поражениями верхних отделов ствола, лимбической области, различных отделов лобных долей и теменно-затылочно-височных отделов доминантного полушария. Результаты исследования представлены в обобщенном виде.


Нейропсихологический анализ памяти (нарушения памяти при локальных поражениях мозга)

Акбарова Н.А., Киященко Н.К., Лурия А.Р., Фам Мин Хак. машинопись.

Статья или введение к статье об исследовании механизмов нарушения памяти у больных с поражениями головного мозга различной локализации. С больными проводились серии экспериментов на запоминание изолированных и связанных элементов в условиях непосредственного, отложенного воспроизведения и воспроизведения с интерференцией. Для сравнения нарушений при различной топике поражения в исследование были включены больные с локальными поражениями верхних отделов ствола, лимбической области, различных отделов лобных долей и теменно-затылочно-височных отделов доминантного полушария. Результаты исследования представлены в обобщенном виде.


О путях исследования нарушений памяти при локальных поражениях мозга

Лурия А.Р.. машинопись.

В материале предложен новый метод исследования памяти. Существует две гипотезы забывания: угасание следов памяти и их ретроактивное торможение за счет интерферирующего материала. Современные Лурии клинические методы исследования памяти не позволяют оценить влияние интерферирующих воздействий на успешность запоминания. Поэтому он предлагает метод, позволяющий учитывать этот фактор. Метод состоит в сравнении запоминания и воспроизведения слов, чисел, рисунков и действий в трех условиях: при непосредственном воспроизведении, воспроизведении после незаполненной ("пустой") паузы и после паузы, заполненной побочными (интерферирующими) действиями, гомогенными либо гетерогенными материалу задания. Также можно оценить влияние смысловой организации материала на успешность его запоминания. Лурия показывает, что больные с различной локализацией мозгового поражения демонстрируют разные результаты при использовании этой методики, что позволяет использовать их для топической диагностики.


Об основных формах нарушения памяти при локальных поражениях мозга

Лурия А.Р.. машинопись.

Тезисы посвящены проблеме нейрональной организации процессов памяти. Нейропсихологические наблюдения позволяют выделить три основные формы нарушения памяти у больных с локальными поражениями головного мозга: вследствие поражений глубоких, задних (височных, теменных, затылочных) и передних (лобных) отделов головного мозга. Так, при поражении глубоких отделов (в частности, лимбической области и ретикулярной формации) снижается общий тонус коры, что приводит к нарушению прочности любых следов и быстрому их угасанию. Такие нарушения модально-неспецифические и в крайних случаях принимают форму корсиковского синдрома. При поражении задних отделов, обрабатывающих и хранящих зрительную, слуховую и тактильную информацию, возникают нарушения записи, хранения и воспроизведения следов, специфичные для пораженного анализатора. Так, при поражении височных отделов возникает нарушение слухо-речевой памяти, а очаг в затылочно-теменных и затылочно-височных отделах не позволяет хранить и воспроизводить зрительную и зрительно-пространственную информацию. Нарушения памяти при поражении лобных долей проявляются в том, что упроченные в прошлом опыте следы становятся патологически инертными, больной не может их затормозить и воспроизводить новые следы, что приводит к контаминации нового материала. Такие нарушения также являются модально-неспецифичными, однако наиболее сильно проявляются в двигательной сфере, а также приводят к нарушениям интеллектуальной деятельности.